В прошлой статье я уже рассказывала об одной из функций монтажа, описанных Львом Владимировичем Кулешовым. Но помимо «эффекта Кулешова», благодаря которому режиссер может влиять на понимание зрителями эмоций героев, Лев Владимирович запомнился еще одним открытием, вошедшим в историю кинематографа как «географический эксперимент Кулешова».

В своей книге «Искусство кино» 1929 года (а также в более ранних статьях) Кулешов пришел к выводу, что если правильно организовать действия актеров, находящихся в совершенно разных местах, в соседних кадрах, уже после монтажа зрители будут воспринимать снятое, будто непрерывное действие в одном и том же пространстве.

Эдакий «кино-Франкенштейн» получился таким:

- актриса Александра Хохлова проходит мимо «Мосторга» на Петровке;

- актер Леонид Оболенский – по набережной Москвы-реки;

- уже на фоне памятника Гоголю герои встречаются и жмут друг другу руки;

- на Арбатской площади они поворачиваются и смотрят в какую-то сторону;

- вот тут-то в кадр влезает изображение Капитолия в Вашингтоне;

- а мы уже на Пречистенском бульваре, где мужчина с женщиной принимают решение уйти;

- заключительный кадр: пара поднимается по ступеням храма Христа Спасителя.

Результат: все, посмотревшие смонтированный материал, решили, что герои поднялись в Капитолий.

Так, Лев Владимирович доказал, насколько важно целенаправленно организовывать монтаж действий актеров в кадре, как сильно движения и взгляды героев, показанные в определенном порядке, могут заставить сознание зрителя работать так, как того хочет сам режиссер или монтажер.

нет комментариев

Зарегистрируйтесь или войдите, чтобы оставить комментарий

Реклама